'

 

Автор – епископ Челябинский, член Архиерейского Совещания Российской Православной Автономной Церкви.

Сегодня часто говорят о духовном кризисе, о потере большинство людей смысла жизни. Но разве может быть смысл жизни вне Церкви?
Церковь — это Тело Христово, а ведь родился Христос в яслях для скота, не нашлось для Него места в гостинице. Когда Он был еще Новорожденным, сразу же на Него обрушилась такая ненависть, такая сатанинская злоба, что святое семейство вынуждено было бежать в Египет. Три года Его "общественного служения" на земле — это одни страдания изо дня в день. Его обвиняли в том, что чудеса Он творил силою князя бесовского — Вельзевула, Его называли Другом прелюбодеев, мытарей и грешников. И народ шёл за Ним отнюдь не потому, что видел в Нём Бога воплощенного. Народ требовал чудес и нередко получал их. Народ кричал ему "Осанна", а через несколько дней требовал от Пилата: "Распни, распни Его!". Но что говорить о толпе, когда Его избранные ученики: один предаёт Его, другой отрекается от Него трижды, остальные разбегаются в страхе?
Зачем я напоминаю об этих событиях, казалось бы, всем нам хорошо известных? Потому, что мы, христиане, добровольно погружаемся в эти страдания Христовы при своем крещении. Потому, что за Крестом -Воскресение, потому, что за Крестом — Вечная жизнь.
Мы не становимся христианами автоматически только потому, что посещаем храм, исповедуемся, причащаемся. Считать себя христианином на основании вышеперечисленного - это заблуждение, это духовная прелесть. "Да любы, еюже Мя сси возлюбил, в них бyдет, и Аз в них" (Иоан., 17:26). Христианство — это религия избранных: "Мнози бо сyть звaни, мaло же избрaнных" (Матф., 20:16).
Со времени правления римского императора Константина Великого христианство становится государственной религией, а значит обязательной, даже принудительной. В Церковь в большинстве случаев стали приходить по принуждению, из корыстных интересов. Пятнадцать веков Церковь с исключительной жестокостью преследовала всех инакомыслящих. На Западе и на Востоке пылали костры инквизиции. Глава испанской инквизиции Торквемада сжёг живыми 10 220 человек. От его руки пострадало 114 тысяч семейств — пытки, казни, изгнания, преследования... Инквизиция — это грандиозный средневековый эксперимент: насильно сделать всех людей "подлинными христианами".
У нас на Руси неофициальный инквизитор преподобный Иосиф Волоцкий в своём труде "Просветитель" доказывал необходимость преследования еретиков, оправдывал их смертную казнь, призывал сжигать заживо в железных клетках. Примерно так потом, век с лишним спустя, стали преследовать старообрядцев. "Раскол" истребляли "огнём и мечом": ревнителей церковной старины сжигали в срубах, подвергали жестоким преследованиям, отрубали им руки, вырезали языки, наконец, поставили их "вне закона", лишив всех гражданских прав. Когда же частично права старообрядцам были возвращены, то в правовом отношении они были в Российской империи поставлены ниже католиков, ниже протестантов, и даже ниже языческих верований. Следует помнить, что только в 1861 году в России было отменено крепостное право. А митрополит Московский Филарет (Дроздов) ссылками на Священное Писание оправдывал существование крепостного права, когда одни христиане (помещики, дворяне) покупали и продавали других христиан. Вот такие были отношения среди "братьев и сестер во Христе".
Какой же вывод из всего сказанного? Он несколько неожиданный: история христианства ещё не началась. Существование апостольской Церкви первые три века после Рождества Христова - это предыстория Церкви. Речь, конечно, не идёт о догматах Православия, которые имеют не историческое, а Богооткровенное происхождение, речь идёт об образе жизни христиан, о церковном строе.
Что же нам делать? Существует единственный выход из тупика — путь Креста. Апостол Павел говорит "Молю же вaс: подобни мне бывaйте, якоже ах Христу" (1 Кор., 4:16). Кто боится Креста — пусть добровольно уходит из Церкви, ибо есть только один путь христианской жизни — путь страданий, путь самопожертвования.
Рассмотрим два состояния церковной жизни: Церковь государственная, живущая почти исключительно материальными "благами" и совершенно лишенная духовных, и Церковь гонимая, живущая полнокровной духовной жизнью, хотя и в очень стесненных внешних условиях. У нас перед глазами бесчисленные приходы Московской патриархии, которые являются пародией на христианскую общину. Церковь, удобно устраивающаяся и благодушно живущая в мире, — это не Церковь, это лжецерковь!
Где была РПЦ МП во время Сталина, когда тысячи и тысячи людей расстреливали без суда и следствия, в том числе за православную веру, когда миллионы людей томились в лагерях ГУЛАГа? Где была РПЦ МП, когда из Афганистана на родину возвращались наши ребята, в гробах или искалеченные? Поскольку государственная власть оказывает всяческую поддержку РПЦ МП, то и РПЦ МП всё благословляет: и Олимпийские игры — эти "языческие игрища", и нищету русского народа, и его вырождение...
Но больше всего государственные власти боятся возникновения настоящих церковных общин, потому что они одним только своим существованием разоблачают всю ложь, всю неправду современного мира.
На самом деле Церковь — это не успешный мирской институт, воюющий за количественные показатели. Это "столп и утверждeние истины" (1 Тим., 3:15), которая никак не зависит от "большинства голосов".